Проповедь от 23.12.2017

В то время послан был ангел Гавриил от Бога в город Галилейский, называемый Назарет, к Деве, обручённой мужу, именем Иосифу, из дома Давидова; имя же Деве: Мария. Ангел, войдя к ней, сказал: «Радуйся, Благодатная! Господь с тобою; благословенна ты между жёнами». Она же, увидев его, смутилась от слов его и размышляла, что бы это было за приветствие. И сказал ей ангел: «Не бойся, Мария, ибо ты обрела благодать у Бога; и вот, зачнёшь во чреве, и родишь Сына, и наречёшь Ему имя: Иисус. Он будет велик и наречётся Сыном Всевышнего, и даст Ему Господь Бог престол Давида, отца Его; и будет царствовать над домом Иакова во веки, и Царству Его не будет конца». Мария же сказала ангелу: «Как будет это, когда я мужа не знаю?» Ангел сказал ей в ответ: «Дух Святой найдёт на тебя, и сила Всевышнего осенит тебя; посему и рождаемое Святое наречётся Сыном Божиим. Вот и Елисавета, родственница твоя, называемая неплодною, и она зачала сына в старости своей, и ей уже шестой месяц, ибо у Бога не останется бессильным никакое слово». Тогда Мария сказала: «Се, Раба Господня; да будет мне по слову твоему». И отошёл от неё ангел.

Возлюбленные во Христе Господе, дорогие братья, дорогие сёстры!

Подошёл к завершению Адвент. Уже через несколько часов мы начнём отмечать Рождество Христово. И вот эта последняя святая месса четвёртого воскресенья Адвента — в буквальном смысле этого слова последняя месса Адвента — приоткрывает нам очень важную тайну, связанную с Боговоплощением, связанную с историей спасения и связанную также с нашей жизнью.

Рождество — это праздник, который связан с шумом. Ну действительно, это колядки, это подарки, это ёлки, это хлопоты на кухне, и в семьях, и где угодно. Даже в супермаркетах в Европе в эти дни просто проходил определённый бум. Но вот сегодня все успокаиваются. Если бы вы сейчас — вот у нас есть наши прихожане из Польши, — если бы вы сейчас, в послеобеденное время, очутились в Варшаве, даже в столице Польши, вы были бы удивлены, насколько вымер город, насколько всё тихо. Поскольку люди уже начинают отмечать Рождество, уже садятся за праздничный стол, уже начинают праздновать.

Но вот важно обратить внимание на эту тишину. Сегодняшняя литургия Слова — именно о смирении и о тишине. Мы слышали фрагмент Евангелия о Благовещении. Как же хорошо нам известен этот фрагмент! В конце концов, мы отмечаем в том числе и Благовещение литургически. Но стоит подумать о смысле этих слов. Представьте себе: девушке, можно даже сказать девочке, достаточно маленькой, является ангел. И возвещает ей такую весть: ты обрела благодать у Бога, и зачнёшь, и родишь Сына, наречёшь Ему имя Иисус. И этот Сын будет Тем самым потомком Давида.

Давида, о котором мы слышали в первом чтении литургии Слова. Мы слышали пророчество Нафана. Пророк Нафан сказал Давиду о том, что престол царства его будет вовеки. Иудеи несли в сердцах это пророчество. Во времена римского господства, когда царства не было, иудеи надеялись, что придёт этот Мессия-царь, потомок Давида, который спасёт народ — прежде всего от римского господства. Мыслили иудеи, конечно, больше в политическом контексте. А тут какая-то маленькая девочка — казалось бы, откуда она должна родить этого царя?

Вопрос Марии совершенно очевиден: как это будет? Я ведь ещё даже мужа не знаю. И вот ангел возвещает ей величайшую тайну — тайну о том, что Дух Святой снизойдёт на Марию, и поэтому рождаемое наречётся Сыном Божьим. Представьте себе, какое было удивление, ошеломление у этой девушки. И что она отвечает? А отвечает она очень простыми словами: «Се, Раба Господня; да будет мне по слову твоему». Тем самым выражая полное доверие, послушание, тем самым принимая Божий план спасения, который оказывается очень и очень парадоксальным.

Сегодняшнее воскресенье Адвента говорит нам, дорогие братья и сёстры, о том, что Бог действует в истории этого мира и по-новому. Он способен действовать сегодня иначе, чем действовал вчера, а завтра — ещё иначе, чем действует сегодня. И чтобы увидеть это Божие действие в мире, необходимо смирение. Необходимо подчинение воле Божией с величайшим смирением в сердце. Ангел не пришёл к книжникам и фарисеям, духовной элите Иудеи тех времён. Ангел не пришёл к вельможам, к чиновникам. Ангел не возвестил, что Царь, потомок Давида, родится в храме, родится во дворце. Нет, Христос родился в хлеву. И пришли Ему поклониться не царь Ирод — он только лукавил, — пришли поклониться не книжники и фарисеи, нет, а пришли поклониться обычные пастухи. А пастухи, по сути дела, — это синоним невежественных людей: неграмотных, невежественных, очень простых.

Оказывается, дорогие братья и сёстры, Бог действует в этом мире в тишине и в смирении. Вот тишина и смирение — это то, чего не хватает нашей цивилизации, нашей культуре, нашему обществу, нам самим, да и нашей Церкви в том числе. Смирение заключается в принятии настоящего, настоящей ситуации: как мы живём сегодня, что с нами происходит. Смирение — это принятие настоящего, но одновременно радостное устремление в будущее с великой надеждой. Мы принимаем ситуацию, в которой мы находимся, в которой мы живём. Мы принимаем себя такими, какие мы есть, с нашими слабостями. Мы принимаем Божью волю. И одновременно это становится для нас великой надеждой — надеждой на то, что в будущем мир будет изменяться и наша жизнь будет изменяться. Важно понять, в каком направлении: не так, как хотелось бы нам, а так, как хотелось бы Богу.

Такого смирения не хватает никому. И, судя по тому, как ведут себя даже наши верующие католики, они тоже не исключение. Адвент — это то самое время, которое многое говорит нам и об истинном смирении как принятии воли Божьей: «Се, Раба Господня; да будет мне по слову твоему». Это не ложное смирение, которое заключается в пассивности. Нет. Такое истинное христианское смирение способно к активному образу жизни. Оно даже способно к борьбе за изменение этих условий жизни. Но связано оно не с нашими амбициями, не с нашей гордыней: все эти наши деяния связаны именно с принятием воли Божьей, с подчинением воле Божьей, с осознанием того, что Бог постоянно желает от нас чего-то нового, с осознанием того, что наше призвание — это жизнь с Богом в полноте любви.

Нет ничего более чуждого смирению, чем проявление вражды, проявление ненависти, проявление фобий, даже если мы пытаемся это оправдывать Писанием или своей так называемой верой. Ибо смирение заключается в полном принятии воли Божией. Мария здесь для нас пример: «Се, Раба Господня». Странные слова, которые она услышала, она тем не менее принимает с величайшим смирением. Чтобы практиковать такое смирение, необходима иногда и тишина. Именно в тишине обратиться к Богу. Именно в тишине обратиться к самому себе, к своей совести, к гласу Божьему. А какова воля Божия в моей жизни? А действительно ли моя вера приносит мне радость? Радость духовную. Не удовольствия земные, а именно радость Евангелия, Благой вести о спасении. В этом смысл радостного празднования Рождества, в этом вообще смысл радости всей нашей жизни. И пусть именно такая духовная, истинная радость всегда пребывает в наших сердцах. Аминь.